^Наверх

поединок ильи муромца и добрыни никитича








Поединок Ильи Муромца и Добрыни Никитича

Ай во том во городи во Рязанюшки,
Доселева Рязань?то слободой слыла,
Нонече Рязань?то словё городом.
В той?то Рязанюшке во городе
Жил?был Никитушка Романович.
Еще жил?то Никита шестьдесят годов,
Снес?де Никита шестьдесят боев,
Еще срывочных, урывочных числа?смету нет.
Оставалась у Никиты любима семья,
Ай любима семья?та – молода жена,
Молодыя Амельфа Тимофеевна;
Оставалось у Никиты чадо милое,
Милое чадушко, любимое,
Остался Добрыня не на возрасте,
Ка?быть ясный?от сокол не на возлете,
И остался Добрынюшка пяти?шти лет.
Да возрос?де Добрыня?та двенадцать лет,
Изучился Добрынюшка вострой грамоте,
Еще мастер Никитич а крутой метать,
На белы?ти ручки не прихватывать.
Что пошла про ёго слава великая,
Великая эта славушка немалая
По всим городам, по всим украинам,
По тем?то ордам по татаровям;

Доходила эта славушка великая
Ай до славного города до Мурома,
До стары казака?та Ильи Муромца, ?
Что мастер Добрынюшка боротися,
А крутой?де метать на сыру землю;
Еще нету такова борца по всей земли.
Стал тогды Илеюшка собиратися,
Еще стал тогды Илеюшка собронятися
Ай на ту?эту на славушку великую,
На того же на борца на приудалого.
Он седлал, уздал тогда коня доброго,
Ай накладывал уздицу?ту тесмяную,
Ай наметывал седелышко черкасское,
Да застегивал двенадцать вси подпружины,
Застегивал двенадцать вси спенёчики:
Ай подпружины?ти были чиста серебра,
Да спенёчки?ти были красного золота.
И сам тогды стал сбруе приговаривать:«Булат?железо не погнется,
Самохинский?о шелк сам не порвется,
Еще красно?то золото в грязи не ржавеет.
Только видели Илеюшку собираючись,
Не видели поездочки Ильи Муромца;
Только видели – во поле куревушка вьет.
Он здраво?то ехал поле чистое,
И здраво?то ехал лесы темные,
И здраво?то ехал грязи черные.
Еще едет ко Рязанюшке ко городу;
Ко городу ехал не дорогою,
Во город заезжае не воротами, ?
Конь скакал же через стену городовую,

Мимо ту же круглу башню наугольную,
Еще сам же говорил тогда таково слово:«Ай доселева Рязань?то слободой слыла,
И нонече Рязань?то слывет городом.
Увидал?то он маленьких ребятушек,
И сам говорил им таково слово:«И скажите вы, живет где?ка Добрынюшка?
Доводили до Добрынина широка двора:
У Добрынюшки двор был неогромистый,
Ай подворьице?то было необширное,
Да кричал?то он, зычал зычным голосом,
Ай во всю жа богатырску буйну головушку;
Еще мать сыра земля под ним потрясалася,
Ай Добрынина избушка пошатилася,
Ставники в его окошках помитусились,
Стеколенки в окошках пощербалися.«Э ли в доме Добрынюшка Никитич сын?
Услыхала?де Амельфа Тимофеевна,
Да сама же говорила таково слово:«Уж и здравствуй, восударь ты, да Илья Муромец!
Добро жаловать ко мне?ка хлеба?соли исть,
Хлеба?соли ко мне исть, вина с медом пить.
Говорил восударь тогды Илья Муромец:«Еще как меня знашь, вдова, ты именем зовешь,
Почему же ты меня знашь из отечества?
Говорила Амельфа Тимофеевна:«И знать?то ведь сокола по вылету,
Еще знать?то богатыря по выезду,
Еще знать молодца ли по поступочки.
Да немного?де Илеюшка разговаривал:
Еще речь говорит – коня поворачиват.
Говорила?де Амельфа Тимофеевна:«Уж ты гой есть, восударь ты, Илья Муромец!
Ты не буди ты спальчив, буди милослив:
Ты наедешь как Добрынюшку на чистом поли,
Не сруби?тко Добрынюшке буйной головушки;
Добрынюшка у меня ведь молодешенек,

На речах у мня Добрынюшка зашибчивый,
На делах у мня Добрынюшка неуступчивый.
Да поехал восударь тогда во чисто поле.
Он выехал на шоломя на окатисто,
На окатисто?то шоломя, на угористо,
Да увидел под восточной под стороночкой –
Еще ездит дородный добрый молодец,
Потешается потехами веселыми:
Еще мечет свою палицу боёвую,
Да на белы?ти рученьки прихватывал,
Ай ко палице своей сам приговаривал:«Уж ты палица, палица боёвая!
Еще нету мне тепере поединщика,
Еще русского могучего богатыря.
Говорил восударь тогды Илья Муромец:«Уж те полно, молодец, ездить, потешатися,
Небылыми словами похвалятися!
Уж мы съедемся с тобой на поле, побратаемся,
Ай кому?то де на поле буде Божья помощь.
Услыхал во Добрынюшка Никитич сын,
Ото сна будто Добрынюшка пробуждается,
Поворачивал своего коня доброго.
А как съехались богатыри на чистом поли,
Ай ударились они палицами боёвыми,
И друг дружки сами они не ранили
И не дали раны к ретиву сердцу.
Как тут съехались во второй након,
Ай ударились они саблями?ти вострыми
Они друг дружки сами не ранили,
Еще не дали раны к ретиву сердцу.
А как съехались богатыри во третьей након,
Ударились ведь копьями мурзамецкими,
Еще друг?то дружки сами не ранили,
Еще не дали раны к ретиву сердцу,
Только сабли у них в руках поломалися.
Да скакали через гривы?ти лошадиные,
Ай схватилися богатыри большим боём,
Ай большим?то боём да рукопашосным.
Да водилися богатыри по первый час,
Да водилися богатыри по второй час,
Ай водилися богатыри ровно три часа.
Да по Божьей было всё по милости,
По Добрынюшкиной было да по участи:
Подвернулась у Илеюшки права ножечка,
Ослабла у Илеюшки лева ручушка;
Еща пал?то Илеюшка на сыру землю;
Еще сел тогды Добрыня на белы груди,
Сам он говорил ему таково слово:«Уж ты вой еси, дородный добрый молодец!
Уж ты коего города, какой земли,
Какого сын отца ты, какой матери,
И как, молодца, тебя именем зовут,
Еще как звеличают из отечества?
Говорит восударь?о Илья Муромец:«Ай сидел?от кабы я у тя на белых грудях,
Не спросил бы я ни родины, ни вотчины,
А спорол бы я твои да груди белые.
Досмотрил бы я твоёго ретива сердца.
Говорил?то Добрынюшка во второй након;
Говорил тогды Никитич во третей након;
Говорил же восударь тогды Илья Муромец:«Уж как езжу я из города из Киева,
Ай старый?де я казак?тот Илья Муромец,
Илья Муромец я ведь сын Иванович.
Да скакал тогда Добрынюшка со белых грудей,
Берё?де Илеюшку за белы руки,
Ай целуё в уста?ти во сахарные:«Ты прости меня, Илеюшка, в таковой вины,
Что сидел у тебя да на белых грудях!
Еще тут?де братаны?ти поназванелись:
Ай крестами?ти сами они покрестовались;
Ай Илеюшка?то был тогды ведь больший брат,
Ай Добрынюшка?то был тогды а меньший брат,
Да скакали ведь они на добрых коней,
Ай поехали, братаны, они в Рязань?город
Ай ко той они ко Добрыниной родной матушке.
Да стречает их Амельфа Тимофеевна.
Приехали братаны из чиста поля,
Они пьют?то тогда сами, проклаждаются.
Говорил же восударь тогды Илья Муромец:«Уж ты гой еси, Амельфа Тимофеевна!
Ты спусти?тко?се Добрынюшку Никитича,
Ты спусти?тко его ты да в красен Киев?град.
Да поехали братаны в красен Киев?град,
А к тому же?де князю ко Владимиру.Источник: Материалы, собранные в Архангельской губернии летом 1901 года А. В. Марковым, А. Л. Масловым и Б. А. Богословским. // Труды Музыкально?этно?графичесской комиссии, состоящей при Этнографическом отделе Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии). М. 1905, т. 1; 1911,т. 2. №11.ЧИТАТЬ ПЕРЕЛОЖЕНИЕ БЫЛИНЫ "ПОЕДИНОК ИЛЬИ МУРОМЦА И ДОБРЫНИ НИКИТИЧА"








Поединок Ильи Муромца и Добрыни Никитича

Ай во том во городи во Рязанюшки, Доселева Рязань?то слободой слыла, Нонече Рязань?то словё городом. В той?то Рязанюшке во городе Жил?был Никитушка Романович. Еще жил?то Никита шестьдесят годов, Снес?де Никита шестьдесят боев, Еще срывочных, урывочных числа?смету нет. Оставалась у Никиты любима семья, Ай любима семья?та – молода жена, Молодыя Амельфа Тимофеевна; Оставалось у Никиты чадо милое, Милое чадушко, любимое, Остался Добрыня не на возрасте, Ка?быть ясный?от сокол не на возлете, И остался Добрынюшка пяти?шти лет.Да возрос?де Добрыня?та двенадцать лет, Изучился Добрынюшка вострой грамоте, Еще мастер Никитич а крутой метать, На белы?ти ручки не прихватывать. Что пошла про ёго слава великая, Великая эта славушка немалая По всим городам, по всим украинам, По тем?то ордам по татаровям; Доходила эта славушка великая Ай до славного города до Мурома, До стары казака?та Ильи Муромца, ? Что мастер Добрынюшка боротися, А крутой?де метать на сыру землю; Еще нету такова борца по всей земли. Стал тогды Илеюшка собиратися, Еще стал тогды Илеюшка собронятися Ай на ту?эту на славушку великую, На того же на борца на приудалого. Он седлал, уздал тогда коня доброго, Ай накладывал уздицу?ту тесмяную, Ай наметывал седелышко черкасское, Да застегивал двенадцать вси подпружины, Застегивал двенадцать вси спенёчики: Ай подпружины?ти были чиста серебра, Да спенёчки?ти были красного золота. И сам тогды стал сбруе приговаривать: «Булат?железо не погнется, Самохинский?о шелк сам не порвется, Еще красно?то золото в грязи не ржавеет. Только видели Илеюшку собираючись, Не видели поездочки Ильи Муромца; Только видели – во поле куревушка вьет. Он здраво?то ехал поле чистое, И здраво?то ехал лесы темные, И здраво?то ехал грязи черные. Еще едет ко Рязанюшке ко городу; Ко городу ехал не дорогою, Во город заезжае не воротами, ? Конь скакал же через стену городовую, Мимо ту же круглу башню наугольную, Еще сам же говорил тогда таково слово: «Ай доселева Рязань?то слободой слыла, И нонече Рязань?то слывет городом. Увидал?то он маленьких ребятушек, И сам говорил им таково слово: «И скажите вы, живет где?ка Добрынюшка? Доводили до Добрынина широка двора: У Добрынюшки двор был неогромистый, Ай подворьице?то было необширное, Да кричал?то он, зычал зычным голосом, Ай во всю жа богатырску буйну головушку; Еще мать сыра земля под ним потрясалася, Ай Добрынина избушка пошатилася, Ставники в его окошках помитусились, Стеколенки в окошках пощербалися. «Э ли в доме Добрынюшка Никитич сын? Услыхала?де Амельфа Тимофеевна, Да сама же говорила таково слово: «Уж и здравствуй, восударь ты, да Илья Муромец! Добро жаловать ко мне?ка хлеба?соли исть, Хлеба?соли ко мне исть, вина с медом пить. Говорил восударь тогды Илья Муромец: «Еще как меня знашь, вдова, ты именем зовешь, Почему же ты меня знашь из отечества? Говорила Амельфа Тимофеевна: «И знать?то ведь сокола по вылету, Еще знать?то богатыря по выезду, Еще знать молодца ли по поступочки. Да немного?де Илеюшка разговаривал: Еще речь говорит – коня поворачиват. Говорила?де Амельфа Тимофеевна: «Уж ты гой есть, восударь ты, Илья Муромец! Ты не буди ты спальчив, буди милослив: Ты наедешь как Добрынюшку на чистом поли, Не сруби?тко Добрынюшке буйной головушки; Добрынюшка у меня ведь молодешенек, На речах у мня Добрынюшка зашибчивый, На делах у мня Добрынюшка неуступчивый. Да поехал восударь тогда во чисто поле. Он выехал на шоломя на окатисто, На окатисто?то шоломя, на угористо, Да увидел под восточной под стороночкой – Еще ездит дородный добрый молодец, Потешается потехами веселыми: Еще мечет свою палицу боёвую, Да на белы?ти рученьки прихватывал, Ай ко палице своей сам приговаривал: «Уж ты палица, палица боёвая! Еще нету мне тепере поединщика, Еще русского могучего богатыря. Говорил восударь тогды Илья Муромец: «Уж те полно, молодец, ездить, потешатися, Небылыми словами похвалятися! Уж мы съедемся с тобой на поле, побратаемся, Ай кому?то де на поле буде Божья помощь. Услыхал во Добрынюшка Никитич сын, Ото сна будто Добрынюшка пробуждается, Поворачивал своего коня доброго. А как съехались богатыри на чистом поли, Ай ударились они палицами боёвыми, И друг дружки сами они не ранили И не дали раны к ретиву сердцу. Как тут съехались во второй након, Ай ударились они саблями?ти вострыми Они друг дружки сами не ранили, Еще не дали раны к ретиву сердцу. А как съехались богатыри во третьей након, Ударились ведь копьями мурзамецкими, Еще друг?то дружки сами не ранили, Еще не дали раны к ретиву сердцу, Только сабли у них в руках поломалися. Да скакали через гривы?ти лошадиные, Ай схватилися богатыри большим боём, Ай большим?то боём да рукопашосным. Да водилися богатыри по первый час, Да водилися богатыри по второй час, Ай водилися богатыри ровно три часа. Да по Божьей было всё по милости, По Добрынюшкиной было да по участи: Подвернулась у Илеюшки права ножечка, Ослабла у Илеюшки лева ручушка; Еща пал?то Илеюшка на сыру землю; Еще сел тогды Добрыня на белы груди, Сам он говорил ему таково слово: «Уж ты вой еси, дородный добрый молодец! Уж ты коего города, какой земли, Какого сын отца ты, какой матери, И как, молодца, тебя именем зовут, Еще как звеличают из отечества? Говорит восударь?о Илья Муромец: «Ай сидел?от кабы я у тя на белых грудях, Не спросил бы я ни родины, ни вотчины, А спорол бы я твои да груди белые. Досмотрил бы я твоёго ретива сердца. Говорил?то Добрынюшка во второй након; Говорил тогды Никитич во третей након; Говорил же восударь тогды Илья Муромец: «Уж как езжу я из города из Киева, Ай старый?де я казак?тот Илья Муромец, Илья Муромец я ведь сын Иванович. Да скакал тогда Добрынюшка со белых грудей, Берё?де Илеюшку за белы руки, Ай целуё в уста?ти во сахарные: «Ты прости меня, Илеюшка, в таковой вины, Что сидел у тебя да на белых грудях! Еще тут?де братаны?ти поназванелись: Ай крестами?ти сами они покрестовались; Ай Илеюшка?то был тогды ведь больший брат, Ай Добрынюшка?то был тогды а меньший брат, Да скакали ведь они на добрых коней, Ай поехали, братаны, они в Рязань?город Ай ко той они ко Добрыниной родной матушке. Да стречает их Амельфа Тимофеевна. Приехали братаны из чиста поля, Они пьют?то тогда сами, проклаждаются. Говорил же восударь тогды Илья Муромец: «Уж ты гой еси, Амельфа Тимофеевна! Ты спусти?тко?се Добрынюшку Никитича, Ты спусти?тко его ты да в красен Киев?град. Да поехали братаны в красен Киев?град, А к тому же?де князю ко Владимиру.Теги:









Поединок Ильи Муромца и Добрыни Никитича

Поединок Ильи Муромца и Добрыни Никитича

Ай во том во городи во Рязанюшки, Доселева Рязань?то слободой слыла, В той?то Рязанюшке во городе Жил?был Никитушка Романович. Еще жил?то Никита шестьдесят годов, Снес?де Никита шестьдесят боев, Еще срывочных, урывочных числа?смету нет. Оставалась у Никиты любима семья, Ай любима семья?та – молода жена, Молодыя Амельфа Тимофеевна; Оставалось у Никиты чадо милое, Милое чадушко, любимое, Остался Добрыня не на возрасте, Ка?быть ясный?от сокол не на возлете, И остался Добрынюшка пяти?шти лет.Да возрос?де Добрыня?та двенадцать лет, Изучился Добрынюшка вострой грамоте, Еще мастер Никитич а крутой метать, На белы?ти ручки не прихватывать. Что пошла про ёго слава великая, Великая эта славушка немалая По всим городам, по всим украинам, По тем?то ордам по татаровям; Доходила эта славушка великая Ай до славного города до Мурома, До стары казака?та Ильи Муромца, ? Что мастер Добрынюшка боротися, А крутой?де метать на сыру землю; Еще нету такова борца по всей земли. Стал тогды Илеюшка собиратися, Еще стал тогды Илеюшка собронятися Ай на ту?эту на славушку великую, На того же на борца на приудалого. Он седлал, уздал тогда коня доброго, Ай накладывал уздицу?ту тесмяную, Да застегивал двенадцать вси подпружины, Застегивал двенадцать вси спенёчики: Ай подпружины?ти были чиста серебра, Да спенёчки?ти были красного золота. И сам тогды стал сбруе приговаривать: «Булат?железо не погнется, Самохинский?о шелк сам не порвется, Еще красно?то золото в грязи не ржавеет. Только видели Илеюшку собираючись, Не видели поездочки Ильи Муромца; Только видели – во поле куревушка вьет. Он здраво?то ехал поле чистое, И здраво?то ехал лесы темные, И здраво?то ехал грязи черные. Еще едет ко Рязанюшке ко городу; Ко городу ехал не дорогою, Во город заезжае не воротами, ? Конь скакал же через стену городовую, Мимо ту же круглу башню наугольную, Еще сам же говорил тогда таково слово: «Ай доселева Рязань?то слободой слыла, И нонече Рязань?то слывет городом. Увидал?то он маленьких ребятушек, И сам говорил им таково слово: «И скажите вы, живет где?ка Добрынюшка? Доводили до Добрынина широка двора: У Добрынюшки двор был неогромистый, Ай подворьице?то было необширное, Да кричал?то он, зычал зычным голосом, Ай во всю жа богатырску буйну головушку; Еще мать сыра земля под ним потрясалася, Ай Добрынина избушка пошатилася, Ставники в его окошках помитусились, Стеколенки в окошках пощербалися. «Э ли в доме Добрынюшка Никитич сын? Услыхала?де Амельфа Тимофеевна, Да сама же говорила таково слово: «Уж и здравствуй, восударь ты, да Илья Муромец! Добро жаловать ко мне?ка хлеба?соли исть, Хлеба?соли ко мне исть, вина с медом пить. Говорил восударь тогды Илья Муромец: «Еще как меня знашь, вдова, ты именем зовешь, Почему же ты меня знашь из отечества? Говорила Амельфа Тимофеевна: «И знать?то ведь сокола по вылету, Еще знать?то богатыря по выезду, Еще знать молодца ли по поступочки. Да немного?де Илеюшка разговаривал: Еще речь говорит – коня поворачиват. Говорила?де Амельфа Тимофеевна: «Уж ты гой есть, восударь ты, Илья Муромец! Ты не буди ты спальчив, буди милослив: Ты наедешь как Добрынюшку на чистом поли, Не сруби?тко Добрынюшке буйной головушки; Добрынюшка у меня ведь молодешенек, На речах у мня Добрынюшка зашибчивый, На делах у мня Добрынюшка неуступчивый. Да поехал восударь тогда во чисто поле. Он выехал на шоломя на окатисто, На окатисто?то шоломя, на угористо, Да увидел под восточной под стороночкой – Еще ездит дородный добрый молодец, Потешается потехами веселыми: Еще мечет свою палицу боёвую, Да на белы?ти рученьки прихватывал, Ай ко палице своей сам приговаривал: «Уж ты палица, палица боёвая! Еще нету мне тепере поединщика, Еще русского могучего богатыря. Говорил восударь тогды Илья Муромец: «Уж те полно, молодец, ездить, потешатися, Небылыми словами похвалятися! Уж мы съедемся с тобой на поле, побратаемся, Ай кому?то де на поле буде Божья помощь. Услыхал во Добрынюшка Никитич сын, Ото сна будто Добрынюшка пробуждается, Поворачивал своего коня доброго. А как съехались богатыри на чистом поли, Ай ударились они палицами боёвыми, И друг дружки сами они не ранили И не дали раны к ретиву сердцу. Как тут съехались во второй након, Ай ударились они саблями?ти вострыми Они друг дружки сами не ранили, Еще не дали раны к ретиву сердцу. А как съехались богатыри во третьей након, Ударились ведь копьями мурзамецкими, Еще друг?то дружки сами не ранили, Еще не дали раны к ретиву сердцу, Только сабли у них в руках поломалися. Да скакали через гривы?ти лошадиные, Ай схватилися богатыри большим боём, Ай большим?то боём да рукопашосным. Да водилися богатыри по первый час, Да водилися богатыри по второй час, Ай водилися богатыри ровно три часа. Да по Божьей было всё по милости, По Добрынюшкиной было да по участи: Подвернулась у Илеюшки права ножечка, Ослабла у Илеюшки лева ручушка; Еща пал?то Илеюшка на сыру землю; Еще сел тогды Добрыня на белы груди, Сам он говорил ему таково слово: «Уж ты вой еси, дородный добрый молодец! Уж ты коего города, какой земли, Какого сын отца ты, какой матери, И как, молодца, тебя именем зовут, Еще как звеличают из отечества? Говорит восударь?о Илья Муромец: «Ай сидел?от кабы я у тя на белых грудях, Не спросил бы я ни родины, ни вотчины, А спорол бы я твои да груди белые. Досмотрил бы я твоёго ретива сердца. Говорил?то Добрынюшка во второй након; Говорил тогды Никитич во третей након; Говорил же восударь тогды Илья Муромец: «Уж как езжу я из города из Киева, Ай старый?де я казак?тот Илья Муромец, Илья Муромец я ведь сын Иванович. Да скакал тогда Добрынюшка со белых грудей, Берё?де Илеюшку за белы руки, Ай целуё в уста?ти во сахарные: «Ты прости меня, Илеюшка, в таковой вины, Что сидел у тебя да на белых грудях! Еще тут?де братаны?ти поназванелись: Ай крестами?ти сами они покрестовались; Ай Илеюшка?то был тогды ведь больший брат, Ай Добрынюшка?то был тогды а меньший брат, Да скакали ведь они на добрых коней, Ай поехали, братаны, они в Рязань?город Ай ко той они ко Добрыниной родной матушке. Да стречает их Амельфа Тимофеевна. Приехали братаны из чиста поля, Они пьют?то тогда сами, проклаждаются. Говорил же восударь тогды Илья Муромец: «Уж ты гой еси, Амельфа Тимофеевна! Ты спусти?тко?се Добрынюшку Никитича, Ты спусти?тко его ты да в красен Киев?град. Да поехали братаны в красен Киев?град, А к тому же?де князю ко Владимиру.Теги:








Исцеление Ильи Муромца


Из книги
Былины. Исторические песни. Баллады

автора

Автор неизвестен Исцеление Ильи Муромца
В славном городе во Муромле, Во селе было Карачарове,Сиднем сидел Илья Муромец, крестьянский сын,Сиднем сидел цело тридцать лет.Уходил государь его батюшка. Со родителем со матушкою. На работушку на крестьянскую.Как приходили две калики перехожие. Под

Бой Ильи Муромца с сыном


Из книги
Былины. Исторические песни. Баллады

автора

Автор неизвестен Бой Ильи Муромца с сыном
Кабы жили на заставы богатыри,Недалеко от города – за двенадцать верст,Кабы жили они да тут пятнадцать лет;Кабы тридцать-то их было да со богатырем;Не видали ни конного, ни пешего,Ни прохожего они тут, ни проезжего,Да ни серый тут волк не

Три поездки Ильи Муромца


Из книги
Былины. Исторические песни. Баллады

автора

Автор неизвестен Три поездки Ильи Муромца
Из того ли из города из Мурома,Из того ли села да Карачаева. Была тут поездка богатырская.Выезжает оттуль да добрый молодец,Старый казак да Илья Муромец,На своем ли выезжает на добром коне. И во том ли выезжает во кованом седле.И он ходил-гулял да

Бой Добрыни с Дунаем


Из книги
Былины. Исторические песни. Баллады

автора

Автор неизвестен Бой Добрыни с Дунаем
Еще ездил Добрынюшка во всей земли,Еще ездил Добрынюшка по всей страны;А искал собе Добрынюшка наездника,А искал собе Добрыня супротивника:Он не мог же найти себе наездничка,Он не мог же найти себе сопротивничка.Он поехал во далече во чисто поле,Он

Женитьба Добрыни


Из книги
Былины. Исторические песни. Баллады

автора

Автор неизвестен Женитьба Добрыни
Как ехал он, Добрыня, целы суточки,Как и выехал на дорожку на почтовую.Как едет Добрынюшка-то почтовоей,Как едет-то Добрынюшка, посматриват,Как видит – впереди его проехано,На коне-то, видит, ехано на богатырскоем.Как стал-то он коня свого

10. Поединок перед Куликовской битвой и поединок перед Сицилийской битвой Оба поединщика погибают в схватке


Из книги
Завоевание Америки Ермаком-Кортесом и мятеж Реформации глазами «древних греков

автора

Носовский Глеб Владимирович 10. Поединок перед Куликовской битвой и поединок перед Сицилийской битвой
Оба поединщика погибают в схватке
Как мы знаем, перед началом Куликовского сражения произошел известный поединок между иноком Пересветом и ордынцем Челубеем. Оба всадника пронзили друг друга

Род Добрыни Никитича


Из книги
От Великой княгини до Императрицы. Женщины царствующего дома

автора

Молева Нина Михайловна Род Добрыни Никитича
Они пришли к Немцам, разведали про церковь и службу их. Пришли в Царьград и вошли к царю. Царь расспросил их, ради чего они пришли. Они открыли ему все, что было. Услыхав это, царь был очень рад и учинил им великую честь в тот же день. На

Подвиг Ильи Муромца


Из книги
Великие тайны Руси

автора

Асов Александр Игоревич Подвиг Ильи Муромца


Из того ли города из Мурома,
Из того ль села да с Карачарова
Выезжал дородный добрый молодец
Илья Муромец да свет Иванович.

Город Муром и село Карачарово, откуда выехал Илья в стольный Киев-град, и ныне есть на Владимирщине. Впервые сей город летопись

Как уничтожили дом Ильи Муромца


Из книги
Ложь и правда русской истории

автора

Баймухаметов Сергей Темирбулатович Как уничтожили дом Ильи Муромца
 Не так уж давно по всем каналам телевидения показали открытие в городе Муроме памятника нашему былинному богатырю Илье Муромцу. А я, глядя на районные торжества, думал о том, как десять с лишним лет назад тихо, без всякой помпы, уничтожили

Село Федора Никитича Романова


Из книги
Предания русского народа

автора

Кузнецов И. Н. Село Федора Никитича Романова
В Рязанском городе Михайлове недавно еще существовало предание, что он когда-то составлял одну из лучших понизовых собственностей, принадлежащих фамилии бояр Романовых. Лет за сорок народ, старые люди поговорили бы вам еще о селе

Столовая книга патриарха Филарета Никитича


Из книги
Русская кухня

автора

Ковалев Николай Иванович Столовая книга патриарха Филарета Никитича
Патриарх Филарет (1554/55—1635), отец первого царя из династии Романовых — Михаила, в 1619 г. был избран патриархом и фактически стал правителем страны. Поэтому роспись его кушаний (1623 г.) характеризует стол высшего духовенства, строго

Происхождение Добрыни Малковича


Из книги
Легендарные полководцы древности. Олег, Добрыня, Святослав

автора

Копылов Н. А. Происхождение Добрыни Малковича
О происхождении Добрыни есть данные в «Повести временных лет. Он представлен там родным братом Малуши, которая являлась доверенным лицом княгини Ольги, являлась ключницей, т. е. фактической хранительницей всего княжеского имущества.
Из книги
Призраки истории

автора

Баймухаметов Сергей Темирбулатович Как уничтожили дом Ильи Муромца
Не так уж давно по всем каналам телевидения показали открытие в городе Муроме памятника нашему былинному богатырю Илье Муромцу. А я, глядя на районные торжества, думал о том, как десять с лишним лет назад тихо, без всякой помпы, уничтожили
Из книги
Русь колыбельная

автора

Асов Александр Игоревич Подвиг Ильи Муромца


Из того ли города из Мурома,
Из того ль села да с Карачарова
Выезжал дородный добрый молодец
Илья Муромец да свет Иванович.

Город Муром и село Карачарово, откуда выехал Илья в стольный Киев-град, и ныне есть на Владимирщине. Впервые сей город летопись

8. Богатырь Галл издевается над римлянами и вызывает на поединок Великан Голиаф издевается над израильтянами и вызывает на поединок

Из книги
Царский Рим в междуречье Оки и Волги.

автора

Носовский Глеб Владимирович 8. Богатырь Галл издевается над римлянами и вызывает на поединок
Великан Голиаф издевается над израильтянами и вызывает на поединок
1) Сразу отметим, что имя ГАЛЛ достаточно близко к имени ГОЛИАФ. Тит Ливий говорит о войске галлов и называет противника Тита Манлия просто

8. Победа юного Тита Манлия-сына в поединке с латином Гемином Поединок Давида с Голиафом и поединок инока Пересвета с Челубеем


Из книги
Царский Рим в междуречье Оки и Волги.

автора

Носовский Глеб Владимирович 8. Победа юного Тита Манлия-сына в поединке с латином Гемином
Поединок Давида с Голиафом и поединок инока Пересвета с Челубеем

8.1. Рассказ Ливия
Как мы сейчас увидим, дальнейшее повествование Тита Ливия чрезвычайно близко к ветхозаветной версии Куликовской битвы, а








Из-за тех же гор из-за высоких,Из-за тех же лесов темных,Из-за той же сторонушки восточный. Не темная туча поднималася —На тот же на красен Киев-град. И хочет красен Киев в по?лон взять.И брал он себе силы много-множество —Сорок царей и сорок царевичей,Сорок королей и сорок королевичей,И за всяким визирем по сту тысячей,Да брал своего зятя любимого,Своего Василия Прекрасного,И брал за ним силы войска триста тысячей,А за самим за собой войска счету не было.И не матушка ли орда подымалася,Мать сыра земля от войска потрясалася;В конном топище красного солнца не видать было,А светлый месяц от пару конского померкнул весь, —Заметно было в городе во Киеве.Дошла до Мамая славушка немалая,Будто в том же городе во Киеве. Будто не стало Ильи Муромца,Будто все сильные богатыри. Ко тому же ко чисту полю,Ко тому ли раздольицу широкому.Не дошедши они до города до Киева в двухстах верстах,Развернули шатры белополотняные,Разостали они войском в лагере,И поставили они кругом войска стражу строгую.И говорил тут Мамай таково? слово:«Уж ты гой еси, любимый зять Василий Прекрасный!Ты садись-ка, Василий, на ременчат стул. И пиши-тко, дитятко, ты ярлыки скорописные,Не на бумаге пиши, не пером, не чернилами,А пиши-тко-ся ты на красном бархате,Ты печатай-ка заголовья красным золотом,А по самой середке чистым се?ребром,А уж мы высадим, подпишем скатным жемчугом,А на углах-то посадим по камню самоцветному,Чтобы тем камням цены не было;А пиши ты на бархате не ласково,Со угрозами пиши с великими,Пиши, не давай сроку ни на время ни на малое,И писал тут ярлыки любимый зять.И говорил тут любимый зять таково слово:«Уж ты гой еси, батюшка Мамай, строгий царь!Мы кого пошлем посла во Киев-град?Говорил Мамай таково слово:«Уж ты гой еси, любимый зять!Тебе-ка ехать во красен Киев-град,А самому остаться в белополо?тняном шатре. Со своим войском с любимыим.Садился тут Василий на добра коня,Поехал Василий во Киев-град,Не дорогой ехал, не воротами,Через стены скакал городо?вые,Подъезжает ко двору ко княжескому,И соскакивал с добра коня удалой,Заходил же он на красно? крыльцо,Заходил же он во светлу? гридню,И подходил он к столам дубовыим. И клал ярлыки те скорописчатые.И подходил тут Владимир стольнокиевский. И брал ярлыки скорописчатые.Как в ту пору да во то время. Не ясен сокол да подымается,А приехал старый во Киев-град;Забегает старый на красно крыльцо,Заходит старый во светлу гридню,А Владимир стольнокиевский. Не подымаются у его белы? руки?,Не глядят у его очи ясные;Говорил же он тут таково слово:«Ты бери-тко-ся, старый, ярлыки скорописчатые,Ты читай-ка их скоро-наскоро —И что в ярлыках тех написано,И что на бархате напечатано.И начал старый читать скоро-наскоро,Сам читал, а головушкой поматывал,Даже горючи слезы покатилися.И вслух читал, все слышали,А что же в ярлыках написано,И сроку в ярлыках не? дано:«Не спущу из Киева ни старого, ни малого,А самого Владимира будут тянуть очи косицами,А язык-то теменем, – с живого кожу драть буду;А княгинюшку Апраксию возьму за Василия. Прекрасного.Тогда говорил стар казак таково слово:«Уж ты гой еси, посланник, строгий царь!Уж ты дай-ка-ся мне сроку на три года. —«А не дам я вам сроку на три года. —«А дай-ка ты нам хошь на два года. —«А не дам я вам сроку на два года. —«Дайте сроку хошь на по?лгода,А бессрочных и на земле нету.Давает Василий сроку на полгода,И угощать стали Василия Прекрасного. Зеленым вином, пивом пьяныим,И начали дарить золотой казной:Подарили один кубчик чиста золота,А другой-от подарили скатна жемчуга,Да дарили еще червонцей хорошиих,Дарили еще соболями сибирскими,Да еще дарили кречетами заморскими,Да еще дарили блюдами однозолотными,Да бархатом дарили красныим.И вез к Мамаю в белополотняный шатер.Во ту пору, во то времечко. Пошел старый по Киеву-граду?,Ко своим ко братьицам ко названым:Во первых-то, к Самсону Колувану,Во вторых-то, к Дунаю Ивановичу,Во третьих-то, к Василию Касиме?рову,Во четвертых-то, к Михайлушке Игнатьеву с племянником,Во пятых-то, к Потоку Ивановичу,Во шестых-то, к Добрынюшке Никитичу,Во семых-то, к Алеше Поповичу,В восьмых-то, к двум братьям Иванам,Да еще к двум братьям, двум Суздальцам.Поехал Потанюшка во чисто поле,Собрал всех удалых добрых молодцев,Русских могучих всех бога?тырей.Не славны добры молодцы соезжалися,Ко тому ли Владимиру собиралися. И почали думу думати, совет советовать,И начал старый у них спрашивати:«Уж вы, удалы добры молодцы!Постоим-ка мы за веру христианскую. И за те же за храмы за Божие,И за те же честные мона?стыри,И своею мы кровью горячею,И поедем мы в далече чисто поле на рать – силу великую,Поедем мы все, покаемся.А и ты, Владимир стольнокиевский,Ты пошли-ко нам да во чисто поле. Сорок возов хлеба белого,Да сорок сороков зелена? вина,Да сорок возов хлеба черного.Уж как мы живы приедем из рать – силы великия,Тогда вздумам позабавиться,И тогда, не дошедши, моим ребятам низко кланяйся,А не приедем из того побоища Мамаева, —Похорони наши тела мертвые. И пройдет славушка про нас немалая.Садились добры молодцы на добрых коней,Поехали добры молодцы во чисто поле,И расставили они шатры белополотняные,Гуляли они трои суточки,А на четвертые сутки протрезвилися,И начали они думу думати, совет советовати,И стал старый у них спрашивати:«Уж вы гой еси, сильные русские богатыри!Кому же из вас съездить в рать – силу великую,Ко тому же Мамаю богатому,Посмотреть войско изрядное, —Со которой стороны начинать нам будет? —«На волю мы даем тебе,Кого пошлешь в рать – силу великую.И на то старому слово понравилось.«Еще Самсона послать, – силой силен, да неповоротливый.Потеряет он у Мамая буйну голову;А если Дуная послать, – Дунай он задорливый,Позадорится заехать во рать – силу великую;Есть во рати три переката глубокиих,А наставлены в перекатах копья вострые:Во-первых, он потеряет добра коня,А во-вторых, потеряет буйну голову;Не приехать ко мне Дунаю с весточкой.Если Добрыню мне послать, Добрыня все не высмотрит,И не узнать Добрыне силы Мамаевой;Если Василия послать, – не сосчитает он силу?,И не пересмотрит ее со краю? на край,Потеряет Василий буйну голову долой;Больше мне послать и некого.Будет мне-ко, старому, самому идти.Вы гуляйте-ко суточки теперь первые,И гуляйте вы други сутки?,На третьи сутки соряжайтеся. И к ратному делу пое?зжайте, —Как зазвенит палица бое?вая,И зачивкает моя сабля вострая,И затрублю я во турий рог,И во середку в силу не ездите,А рубите силу со краю? на край,И не оставляйте силы ни старого, ни малого,И никого не оставляйте Мамаю на? семя.И все стали удалы добры молодцы на резвы? ноги?,И поклонилися все низко старому.И поехал стар во рать – силу великую,И пробивался старый до бела шатра до Мамаева,Соскакивал тут старый со добра коня,И заходил старый во шатер белополотняный;Идет старый казак, низко не кланяется.Увидал тут Мамай в шатре человека странного,Говорил же Мамай таково слово:«Уж ты гой еси, Личарда, слуга верная!И зачем ты ходишь, и что тебе надобно,И откуль ты идешь, и откуль путь держи?шь,Из Киева идешь али из Чернигова? —«Иду же я из города из Киева. —«А и что же ноне во Киеве-то деется,Не знаешь ли ты то, добрый молодец,И не слыхал ли ты да про старого?Расскажи-ка ты мне, какой он ростом. И сколь широк он плечьми?Отвечает тут калика переходная:«Уж ты гой еси, Мамай, богатый царь!Довольно видел я Илью Муромца.Ты гляди на его всё равно как на меня же,Ростом он умеренный, в плечах не ши?рок был,Лицо у него постное, пиво пьет он по стаканчику,А вино-то пьет он всего по рюмочке,А закусывает да по калачику.У старого-то бородушка сивая,А и тут Мамай да прирасхо?нулся:«Напрасно же шла славушка великая про старого,От востоку шла и до запада,До той орды до великой,До меня ли, Мамая грозного;Лучше меньше гонить бы силы?-войска?.Еще есть-ка при мне Рославней Рославнеевич, —Приготовь-ка для него говядины – быка зараз,А зелена вина – пивной котел;А промеж глаз у него калена? стрела,А промеж плечами две сажени печатных.Ответ держит тут старый казак:«Ты, безумный богатый царь!Как у нас-то во городе во Киеве. Собирался у князя Владимира почестей пир,А была у Владимира собака обжорлива,По подстолью собака водилася,Тут собаке и смерть пришла.Не уехать тебе, Мамай, от города от Киева,Срубит у тебя стар казак буйну голову.Тут Мамаю за беду стало?,За великую досаду показалося,И хватил-то Мамай чинжалище – вострый нож,И шиб в старого востры?м ножом,А на то старый увертлив был, ухватку знал,И ухватил старый вострый нож в белы руки,И обратил старый вострый нож,И заколол старый Мамая, и срубил ему буйну голову,И разбил палачей много множество,И добрался до своего добра коня.Скоро старый на коня вскочил,И затрубил старый во турий рог,И сомутилися у старого очи ясные,И разгорелось у старого ретиво? сердце;Не увидел старый свету белого,Не узнал старый ночи темные,И расходились у него плечи могучие,И размахнулись руки белые,И засвистела у него палица боевая,И зачивкала его сабелька вострая,И наехали удалы добры молодцы,Те же во поле быки кормленые,Те же сильные могучие богатыри,И начали силу рубить со краю на край,Не оставляли они ни старого, ни малого,И рубили они силу сутки пятеро,И не оставили они ни единого на семена,И протекала тут кровь горячая,И пар шел от трупья по о?блака.Оставалися только во лагерях у старого. Два брата – два Суздальца,Чтобы встретить с приезду богатырей кому быть.Не утерпели тут два брата Суздальца. И поехали во ту рать – силу великую.А и приехал тут стар казак со? другом,А встретить-то у лагерей и некому.И ехали от рать – силы великия. Те два брата, два Суздальца, и сами они похваляются:«Кабы была теперь сила небесная,И все бы мы побили ею по? полю.Вдруг от их слова сделалось чудо великое:Восстала сила Мамаева, и стало силы больше впятеро,И приехали они ко старому. И ко тем дружинушкам хоробрыим,И начали они рассказывать,Что мы ехали дорогой, похвалялися,И восстало силы впятеро.И сами им во всем повинилися.Тут поехала дружинушка хоробрая. Во ту рать – силу великую,И начали бить с краю на край,И рубили они сутки шестеро,А встават силы больше прежнего.Узнал старый пред собой вину,И покаялся старый Спасу Пречистому:«Ты прости нас в первой вине,За те же слова глупые,За тех же братов Суздальцей.И повалилась тут сила кроволитная,И начали копать мать сыру землю?И хоронить тело да во сыру землю,И протекала река кровью горячею.Садились тут удалы на добрых коней,Поехали удалы ко городу ко Киеву,Заехали они в красен Киев-град,Во те же во честны мона?стыри,Во те же пещеры во Киевски;Там все они и преставилися.Тут старому славу поют.Еще жил-то Никита шестьдесят годов,Снес-де Никита шестьдесят боев,Еще срывочных, урывочных числа-сме?ту нет.Оставалась у Никиты любима? семья,Ай люби?ма семья-та – молода жена,Молодыя Амельфа Тимофеевна;Оставалось у Никиты чадо милое,Милое чадушко, любимое,Остался Добрыня не на возрасте,Ка-быть ясный-от сокол не на во?злете,И остался Добрынюшка пяти-шти лет.Да возрос-де Добрыня-та двенадцать лет,Изучился Добрынюшка вострой грамоте,Еще мастер Никитич а крутой метать,На белы-ти ручки не прихватывать.Что пошла про ёго слава великая,Великая эта славушка немалая. По всим городам, по всим укра?инам,По тем-то ордам по татаровям;Доходила эта славушка великая. Ай до славного города до Мурома,До стары? казака-та Ильи Муромца, —Что мастер Добрынюшка боротися,А крутой-де метать на сыру землю?;Еще нету такова борца по всей земли.Стал тогды Илеюшка собиратися,Еще стал тогды Илеюшка собронятися. Ай на ту-эту на славушку великую,На того же на борца на приудалого.Он седлал, уздал тогда коня доброго,Ай накладывал уздицу-ту тесмяную,Да застегивал двенадцать вси подпружины,Застегивал двенадцать вси спенёчики:Ай подпружины-ти были чиста серебра,Да спенёчки-ти были красного золота.И сам тогды стал сбруе приговаривать:«Булат-железо не по?гнется,Самохи?нский-о шелк сам не по?рвется,Еще красно-то золото в грязи не ржа?веет.Только видели Илеюшку собираючись,Не видели поездочки Ильи Муромца;Только видели – во поле куреву?шка вьет.Он здраво-то ехал поле чистое,И здраво?-то ехал ле?сы темные,И здраво-то ехал грязи черные.Еще едет ко Рязанюшке ко городу;Ко городу ехал не дорогою,Во город заезжае не воротами, —Конь скакал же через стену городовую,Мимо ту же круглу башню наугольную,Еще сам же говорил тогда таково слово:«Ай доселева Рязань-то слободой слыла,И нонече Рязань-то слывет городом.Увидал-то он маленьких ребятушек,И сам говорил им таково слово:«И скажите вы, живет где-ка Добрынюшка?Доводили до Добрынина широка двора:У Добрынюшки двор был неогромистый,Ай подворьице-то было необширное,Да кричал-то он, зычал зычным голосом,Ай во всю жа богатырску буйну головушку;Еще мать сыра земля под ним потрясалася,Ай Добрынина избушка пошатилася,Ставники в его окошках помитусились,Стеколенки в окошках пощербалися.«Э ли в доме Добрынюшка Никитич сын?Услыхала-де Амельфа Тимофеевна,Да сама же говорила таково слово:«Уж и здравствуй, восударь ты, да Илья Муромец!Добро жаловать ко мне-ка хлеба-соли исть,Хлеба-соли ко мне исть, вина с медом пить.Говорил восударь тогды Илья Муромец:«Еще как меня знашь, вдова, ты именем зовешь,Почему же ты меня знашь из отечества?Говорила Амельфа Тимофеевна:«И знать-то ведь сокола по вылету,Еще знать-то богатыря по выезду,Еще знать молодца ли по поступочки.Да немного-де Илеюшка разговаривал:Еще речь говорит – коня поворачиват.Говорила-де Амельфа Тимофеевна:«Уж ты гой есть, восударь ты, Илья Муромец!Ты не буди ты спальчив, буди милослив:Ты наедешь как Добрынюшку на чисто?м поли?,Не сруби-тко Добрынюшке буйно?й головушки;Добрынюшка у меня ведь молодешенек,На речах у мня Добрынюшка зашибчивый,На делах у мня Добрынюшка неуступчивый.Да поехал восударь тогда во чисто поле.Он выехал на шо?ломя на окатисто,На окатисто-то шоломя, на угористо,Да увидел под восточной под стороночкой —Еще ездит дородный добрый молодец,Потешается потехами веселыми:Еще мечет свою палицу боёвую,Да на белы-ти рученьки прихватывал,Ай ко палице своей сам приговаривал:«Уж ты палица, палица боёвая!Еще нету мне тепере поединщика,Еще русского могучего богатыря.Говорил восударь тогды Илья Муромец:«Уж те полно, молодец, ездить, потешатися,Небылыми словами похвалятися!Уж мы съедемся с тобой на поле, побратаемся,Ай кому-то де на поле буде Божья помощь.Услыхал во Добрынюшка Никитич сын,Ото сна будто Добрынюшка пробуждается,Поворачивал своего коня доброго.А как съехались богатыри на чистом поли,Ай ударились они палицами боёвыми,И друг дружки сами они не ранили. И не дали раны к ретиву сердцу.Как тут съехались во второй након,Ай ударились они саблями-ти вострыми. Они друг дружки сами не ранили,Еще не дали раны к ретиву сердцу.А как съехались богатыри во третьей након,Ударились ведь копьями мурзамецкими,Еще друг-то дружки сами не ранили,Еще не дали раны к ретиву? сердцу?,Только сабли у них в руках поломалися.Да скакали через гривы-ти лошадиные,Ай схватилися богатыри большим боём,Ай большим-то боём да рукопашосным.Да водилися богатыри по первый час,Да водилися богатыри по вто?рой час,Ай водилися богатыри ровно три часа.Да по Божьей было всё по милости,По Добрынюшкиной было да по участи:Подвернулась у Илеюшки права ножечка,Ослабла у Илеюшки лева ручушка;Еща пал-то Илеюшка на сыру землю;Еще сел тогды Добрыня на белы? груди?,Сам он говорил ему таково слово:«Уж ты вой еси, дородный добрый молодец!Уж ты коего города, какой земли,Какого сын отца ты, какой матери,И как, молодца, тебя именем зовут,Еще как звеличают из отечества?Говорит восударь-о Илья Муромец:«Ай сидел-от кабы я у тя на белых грудях,Не спросил бы я ни родины, ни вотчины,А спорол бы я твои да груди белые.Досмотрил бы я твоёго ретива сердца.Говорил-то Добрынюшка во второй након;Говорил тогды Никитич во трете?й након;Говорил же восударь тогды Илья Муромец:«Уж как езжу я из города из Киева,Ай стары?й-де я казак-тот Илья Муромец,Илья Муромец я ведь сын Иванович.Да скакал тогда Добрынюшка со белых грудей,Берё-де Илеюшку за белы руки,Ай целуё в уста-ти во саха?рные:«Ты прости меня, Илеюшка, в таковой вины,Что сидел у тебя да на белых грудях!Еще тут-де братаны-ти поназванелись:Ай крестами-ти сами они покресто?вались;Ай Илеюшка-то был тогды ведь больший брат,Ай Добрынюшка-то был тогды а меньший брат,Да скакали ведь они на добры?х коней,Ай поехали, братаны, они в Ряза?нь-горо?д. Ай ко той они ко Добрыниной родной матушке.Да стречает их Амельфа Тимофеевна.Приехали братаны из чиста поля,Они пьют-то тогда сами, проклаждаются.Говорил же восударь тогды Илья Муромец:«Уж ты гой еси, Амельфа Тимофеевна!Ты спусти-тко-се Добрынюшку Никитича,Ты спусти-тко его ты да в красен Киев-град.Да поехали братаны в красен Киев-град,А к тому же-де князю ко Владимиру.








Еще жил то Никита шестьдесят годов,Снес де Никита шестьдесят боев,Еще срывочных, урывочных числа смету нет.Оставалась у Никиты любима семья,Ай любима семья та – молода жена,Молодыя Амельфа Тимофеевна;Оставалось у Никиты чадо милое,Милое чадушко, любимое,Остался Добрыня не на возрасте,Ка быть ясный от сокол не на возлете,И остался Добрынюшка пяти шти лет.Да возрос де Добрыня та двенадцать лет,Изучился Добрынюшка вострой грамоте,Еще мастер Никитич а крутой метать,На белы ти ручки не прихватывать.Что пошла про ёго слава великая,Великая эта славушка немалая. По всим городам, по всим украинам,По тем то ордам по татаровям;Доходила эта славушка великая. Ай до славного города до Мурома,До стары казака та Ильи Муромца,Что мастер Добрынюшка боротися,А крутой де метать на сыру землю;Еще нету такова борца по всей земли.Стал тогды Илеюшка собиратися,Еще стал тогды Илеюшка собронятися. Ай на ту эту на славушку великую,На того же на борца на приудалого.Он седлал, уздал тогда коня доброго,Ай накладывал уздицу ту тесмяную,Ай наметывал седелышко черкасское,Да застегивал двенадцать вси подпружины,Застегивал двенадцать вси спенёчики:Ай подпружины ти были чиста серебра,Да спенёчки ти были красного золота.И сам тогды стал сбруе приговаривать:«Булат железо не погнется,Самохинский о шелк сам не порвется,Еще красно то золото в грязи не ржавеет.Только видели Илеюшку собираючись,Не видели поездочки Ильи Муромца;Только видели – во поле куревушка вьет.Он здраво то ехал поле чистое,И здраво то ехал лесы темные,И здраво то ехал грязи черные.Еще едет ко Рязанюшке ко городу;Ко городу ехал не дорогою,Во город заезжае не воротами,Конь скакал же через стену городовую,Мимо ту же круглу башню наугольную,Еще сам же говорил тогда таково слово:«Ай доселева Рязань то слободой слыла,И нонече Рязань то слывет городом.Увидал то он маленьких ребятушек,И сам говорил им таково слово:«И скажите вы, живет где ка Добрынюшка?Доводили до Добрынина широка двора:У Добрынюшки двор был неогромистый,Ай подворьице то было необширное,Да кричал то он, зычал зычным голосом,Ай во всю жа богатырску буйну головушку;Еще мать сыра земля под ним потрясалася,Ай Добрынина избушка пошатилася,Ставники в его окошках помитусились,Стеколенки в окошках пощербалися.«Э ли в доме Добрынюшка Никитич сын?Услыхала де Амельфа Тимофеевна,Да сама же говорила таково слово:«Уж и здравствуй, восударь ты, да Илья Муромец!Добро жаловать ко мне ка хлеба соли исть,Хлеба соли ко мне исть, вина с медом пить.Говорил восударь тогды Илья Муромец:«Еще как меня знашь, вдова, ты именем зовешь,Почему же ты меня знашь из отечества?Говорила Амельфа Тимофеевна:«И знать то ведь сокола по вылету,Еще знать то богатыря по выезду,Еще знать молодца ли по поступочки.Да немного де Илеюшка разговаривал:Еще речь говорит – коня поворачиват.Говорила де Амельфа Тимофеевна:«Уж ты гой есть, восударь ты, Илья Муромец!Ты не буди ты спальчив, буди милослив:Ты наедешь как Добрынюшку на чистом поли,Не сруби тко Добрынюшке буйной головушки;Добрынюшка у меня ведь молодешенек,На речах у мня Добрынюшка зашибчивый,На делах у мня Добрынюшка неуступчивый.Да поехал восударь тогда во чисто поле.Он выехал на шоломя на окатисто,На окатисто то шоломя, на угористо,Да увидел под восточной под стороночкой –Еще ездит дородный добрый молодец,Потешается потехами веселыми:Еще мечет свою палицу боёвую,Да на белы ти рученьки прихватывал,Ай ко палице своей сам приговаривал:«Уж ты палица, палица боёвая!Еще нету мне тепере поединщика,Еще русского могучего богатыря.Говорил восударь тогды Илья Муромец:«Уж те полно, молодец, ездить, потешатися,Небылыми словами похвалятися!Уж мы съедемся с тобой на поле, побратаемся,Ай кому то де на поле буде Божья помощь.Услыхал во Добрынюшка Никитич сын,Ото сна будто Добрынюшка пробуждается,Поворачивал своего коня доброго.А как съехались богатыри на чистом поли,Ай ударились они палицами боёвыми,И друг дружки сами они не ранили. И не дали раны к ретиву сердцу.Как тут съехались во второй након,Ай ударились они саблями ти вострыми. Они друг дружки сами не ранили,Еще не дали раны к ретиву сердцу.А как съехались богатыри во третьей након,Ударились ведь копьями мурзамецкими,Еще друг то дружки сами не ранили,Еще не дали раны к ретиву сердцу,Только сабли у них в руках поломалися.Да скакали через гривы ти лошадиные,Ай схватилися богатыри большим боём,Ай большим то боём да рукопашосным.Да водилися богатыри по первый час,Да водилися богатыри по второй час,Ай водилися богатыри ровно три часа.Да по Божьей было всё по милости,По Добрынюшкиной было да по участи:Подвернулась у Илеюшки права ножечка,Ослабла у Илеюшки лева ручушка;Еща пал то Илеюшка на сыру землю;Еще сел тогды Добрыня на белы груди,Сам он говорил ему таково слово:«Уж ты вой еси, дородный добрый молодец!Уж ты коего города, какой земли,Какого сын отца ты, какой матери,И как, молодца, тебя именем зовут,Еще как звеличают из отечества?Говорит восударь о Илья Муромец:«Ай сидел от кабы я у тя на белых грудях,Не спросил бы я ни родины, ни вотчины,А спорол бы я твои да груди белые.Досмотрил бы я твоёго ретива сердца.Говорил то Добрынюшка во второй након;Говорил тогды Никитич во третей након;Говорил же восударь тогды Илья Муромец:«Уж как езжу я из города из Киева,Ай старый де я казак тот Илья Муромец,Илья Муромец я ведь сын Иванович.Да скакал тогда Добрынюшка со белых грудей,Берё де Илеюшку за белы руки,Ай целуё в уста ти во сахарные:«Ты прости меня, Илеюшка, в таковой вины,Что сидел у тебя да на белых грудях!Еще тут де братаны ти поназванелись:Ай крестами ти сами они покрестовались;Ай Илеюшка то был тогды ведь больший брат,Ай Добрынюшка то был тогды а меньший брат,Да скакали ведь они на добрых коней,Ай поехали, братаны, они в Рязань город. Ай ко той они ко Добрыниной родной матушке.Да стречает их Амельфа Тимофеевна.Приехали братаны из чиста поля,Они пьют то тогда сами, проклаждаются.Говорил же восударь тогды Илья Муромец:«Уж ты гой еси, Амельфа Тимофеевна!Ты спусти тко се Добрынюшку Никитича,Ты спусти тко его ты да в красен Киев град.Да поехали братаны в красен Киев град,А к тому же де князю ко Владимиру. Источник: Материалы, собранные в Архангельской губернии летом 1901 года А. В. Марковым, А. Л. Масловым и Б. А. Богословским. // Труды Музыкально этно графичесской комиссии, состоящей при Этнографическом отделе Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии). М. 1905, т. 1; 1911,т. 2. №11.